Эдипов комплекс

Эдипов комплекс. Основные понятия психоанализа.

Эдипов комплекс — одно из основных понятий классического психоанализа, использованное 3. Фрейдом для обозначения амбивалентного отношения ребенка к своим родителям. Под эдиповым комплексом понимается проявление ребенком бессознательных влечений, сопровождающихся выражением чувств любви и ненависти к родителям.

Идея Эдипова комплекса была взята З.Фрейдом из трагедии Софокла "Царь Эдип", где повествовалось о несчастной судьбе Эдипа, который, не ведая того, сперва убил своего отца Лая — царя Фив, потом женился на своей матери Иокасте, затем, узнав от оракула о совершенных им непреднамеренных деяниях, ослепил себя.

Наблюдения за детьми и изучение воспоминаний взрослых о своем детстве подвели 3. Фрейда к выводу о всеобщем, универсальном проявлении эдипова комплекса. Мальчик эротически привязан к матери, хочет обладать ею и воспринимает отца как помеху ему в этом; девочка испытывает нежные чувства к отцу и потребность в устранении матери, чтобы занять ее место в отношениях с отцом.

В своем понимании эдипова комплекса 3. Фрейд исходил из того, что бисексуальность (мужское и женское начало) человека приводит к такому положению, когда ребенок может занимать как активную, так и пассивную позицию. Сексуальное предпочтение родителя противоположного пола и ненависть к родителю того же пола составляют, с точки зрения 3. Фрейда, позитивную форму эдипова комплекса. Любовь к родителю того же пола и стремление устранить из жизни родителя противоположного пола характерны для негативной формы этого комплекса. В процессе психосексуального развития ребенка проявляются обе формы, образуя так называемый полный эдипов комплекс. В типичном случае позитивный эдипов комплекс преобладает над негативным при формировании гетеросексуальной ориентации и идентичности хорошо адаптированного взрослого. Однако на бессознательном уровне привязанность девочки к матери, равно как желание мальчика сдаться на милость отца в надежде пассивного обретения мужественности, бесконечной любви и защиты, продолжают оказывать глубокое влияние на психическую жизнь и последующий выбор объекта.

В представлении 3. Фрейда эдипов комплекс проявляется у детей в возрасте от 3 до 5 лет, и перед каждым ребенком встает жизненная задача, связанная с развитием и преодолением этого комплекса. Вытеснение же эдипова комплекса и сохранение его в бессознательном чревато невротизацией ребенка, впоследствии сказывающейся на психических расстройствах взрослого: благополучное преодоление этого комплекса, как правило, не осуществляется основательно, и тогда «пубертатный период вызывает реанимацию комплекса, что может иметь плохие последствия».

3. Фрейд считал, что, несмотря на универсальность эдипова комплекса, развитие и изживание его у мальчика и девочки проходят по-разному. Угроза кастрации и страх мальчика перед возможностью наказания за инцестуозные влечения приводит к отвращению его от эдипова комплекса. Связанные с этим комплексом эротические влечения мальчика десексуализируются и сублимируются, т. е. переключаются на социально приемлемые цели. В случае идеального осуществления этого процесса эдипов комплекс разрушается и упраздняется. Девочка испытывает зависть к тому органу, который у нее отсутствует. Она переходит символическим путем от пениса к ребенку, желает получить его в подарок от отца. Это желание сохраняется на протяжении длительного времени, в результате чего девочка медленно расстается с эдиповым комплексом. В форме желания обладать пенисом и родить ребенка эдипов комплекс девочки долгое время сохраняет свою действенность и способствует подготовке женщины к ее половой роли. Преодоление этого комплекса у девочки связано с угрозой утраты родительской любви.

В процессе гибели эдипова комплекса внешний авторитет родителей как бы перемещается вовнутрь детской психики. Он становится внутренним достоянием ребенка, приводя к образованию такой психической инстанции, как Сверх-Я. Так, по мнению 3.

Эдипов комплекс

Фрейда, Сверх-Я становится наследником эдипова комплекса. Отныне Сверх- Я выступает в роли недремлющего ока или карающей совести, вызывая у человека чувство вины. По выражению основателя психоанализа, эдипов комплекс оказывается одним из самых важных источников чувства вины, доставляющей особое беспокойство невротикам.

Согласно 3. Фрейду, в эдиповом комплексе завершается инфантильная сексуальность. Кто оказывается не в состоянии нормальным образом пройти эдипову фазу психосексуального развития, тот заболевает неврозом, эдипов комплекс составляет ядро неврозов. На основе этого комплекса возникает, как полагал 3. Фрейд, человеческая культура, связанная с соответствующими нормами и запретами на инцест. В эдиповом комплексе совпадают начало религии, нравственности, морали, социальных институтов общества и искусства.

Эдипов комплекс — Согласно Зигмунду Фрейду и его последователям по психоанализу, это комплекс детских переживаний, состоящий из влечения мальчика к матери с ревностью и недоброжелательством по отношению к отцу, развивающимся в этой связи.

Разрабатывая учение о неврозах, Фрейд пришел к выводу о наличии сильных сексуальных мотивов в их этимологии. Обращаясь за подтверждением своей гипотезы к мифологическим сюжетам, художественным и литературным памятникам истории, Фрейд особое внимание уделяет древнегреческому мифу о царе Эдипе.

Название комплекса происходит из древнегреческой мифологии. Эдип — сын царя из города Фивы Лайя и царицы Иокасты, которым было предсказано, что их сын убъет отца и станет мужем собственной матери. Когда родился Эдип, царь приказал проколоть ему ступни (Эдип — значит пухлоногнй, с распухшими ногами) и бросить на съедение зверям. Раб пожалел мальчика и отдал его пастуху коринфского царя Полиба. Эдип вырос в уверенности, что царь Полиб ему отец.

Тот же Дельфийский оракул, по наводке которого царь приказал убить собственного сына, предсказал (внушил?) уже самому Эдипу, что тот убьет своего отца и женится на матери. Потрясенный этим предсказанием, Эдип решает покинуть дом, который он считал родным. В пути Эдип встречает Лайя и, вступив с ним в спор, убивает его. Так исполнилась первая часть пророчества: Эдип становится убийцей своего отца.

На пути в Фивы Эдип встречает Сфинкса, который стережет город и пожирает всех путников, не разгадавших его загадку. Эдип решает загадку. Тогда Сфинкс бросается в пропасть, и дорога в Фивы становится свободной. Эдип входит в город, и благодарные фиванцы избирают его царем и дают в жены вдову прежнего царя Иокасту.

От этого брака родились сыновья Этеокл и Полиник, а также дочери Йемена и Антигона. Так сбывается вторая часть пророчества (которое несколько похоже на внушение) — Эдип становится мужем своей матери. Через несколько лет в Фивах начался свирепый голод, вспыхнула эпидемия чумы. Дельфийский оракул предсказывает, что бедствия прекратятся после того, как будет обнаружен убийца Лайя. В результате расследования Эдип с ужасом узнает правду, ослепляет себя и покидает Фивы, Иокаста кончает жизнь самоубийством.

Подобные легенды распространены у многих народов. Кара, постигшая Эдипа, отражает социальный запрет на брачные отношения между прямыми родственниками (инцест). Корни этого запрета уходят в глубокую древность, когда нашими предками было отмечено, что дети, рожденные в результате таких отношений, более слабые и менее жизнеспособные (потому что чаще страдают наследственными заболеваниями, так как выше вероятность объединения рецессивных генов). Замечено было даже, что наиболее здоровые дети рождаются тогда, когда супруги принадлежат к разным племенам.

Подобный мифу об Эдипе существует древнегреческий миф об Электре (женский вариант комплекса Эдипа).

В этих мифологических сюжетах Фрейд усмотрел не только доказательства того, что сексуальные влечения являются основой деятельности человека, но и подтверждение идеи о существовании тех сексуальных комплексов, которые якобы с детства заложены в человеке.

Эдипов комплекс

Эдипов комплекс, являясь одним из базовых образований, определяет далее специфику сексуальной жизни человека, особенности его склонностей, странностей, вкусов и привычек. Преформации этого комплекса лежат и в основе неврозов и невротических реакций человека.

Во взрослой жизни человека комплекс Эдипа вытесняется в сферу бессознательного, является универсальным для мужчин и определяет многие аспекты их сексуальности и невротизма.

Соответственно у девочек и женщин формируется и развивается так называемый комплекс Электры.

См. также

КомплексПсихоанализПсихологический словарь

АБВГДЕЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ

   RSS     azps@azps.ru 

Самое важное о комплексе Эдипа: интервью с психологом

Эдипов комплекс: найти и обезвредить

Потом ему случилось спасти Фивы от Сфинкса. Этот чудо-зверь приставал к путникам с загадками и убивал за неправильный ответ, в результате Фивы оказались отрезаны от внешнего мира. Тогда благодарные фиванцы пригласили Эдипа на царство и отдали ему в жёны царицу Иокасту, его родную мать. Кончилась история печально: все умерли.

В таком виде сюжет древнегреческого мифа лёг в основу трагедии Софокла «Царь Эдип». Однако мир до сих пор помнит о злоключениях бедняги, не столько благодаря драматургическому таланту античного автора, сколько благодаря бурной фантазии отца психоанализа Зигмунда Фрейда.

« По количеству вызываемых споров и накалу чувств оппонентов психоанализа можно сравнить разве что с марксизмом. »
На «Э» начинается…
Впервые понятие «эдипов комплекс» было использовано Фрейдом в работе «Толкование сновидений» (1899) и стало одним из краеугольных камней всей фрейдистской парадигмы.

Фрейд считал, что мать, доставляя маленькому сыну чувственное удовольствие кормлением грудью, теплом, заботой и лаской, становится объектом сексуального вожделения с его стороны. В результате ребенок испытывает ревность к отцу, вплоть до желания его смерти. Однако страх наказания («комплекс кастрации») вытесняет его вожделение в сферу бессознательного.

Когда мальчик становится чуть взрослее, через идентификацию с отцом он осознаёт свой собственный пол, и тогда сексуальное влечение переносится с матери на других женщин. Так происходит разрешение эдипова конфликта.

Женский вариант эдипова комплекса называется комплекс Электры (по имени героини другого древнегреческого мифа, мстившей матери за убийство отца). Сразу возникает простой вопрос: куда же у девочек исчезает влечение к матери как к источнику приятных телесных ощущений на ранней фазе развития, и откуда берётся влечение к отцу? Для ответа на него Фрейд придумал термин «зависть к пенису». Оказывается, осознав половые различия, девочка проникается ощущением собственной «неполноценности» и винит в этом мать, «отобравшую» у неё отца вместе с его пенисом. Позднее она понимает, что пенис есть и у других мужчин, и переносит вожделение на них. Так разрешается конфликт Электры.

От мала до велика
Таким образом, в классическом психоанализе эдипов комплекс у детей в возрасте от 2.5 до 6 лет считается нормальной фазой развития личности и сексуальности ребёнка, а не извращением или признаком психического заболевания.

Проблемы начинаются тогда, когда нормальной отработки эдипова комплекса по каким-то причинам не происходит, и повзрослевшему ребёнку не удаётся освободиться от привязки своих сексуальных влечений к родителю противоположного пола либо от «выяснения отношений» с родителем своего пола. Такое бывает, например, у детей деспотичных родителей, или когда кто-то из родителей умирает, когда ребёнок ещё мал.

Вечные холостяки, до седых волос отчитывающиеся перед мамочкой о своём малейшем телодвижении, или капризные девы, отвергающие кавалеров одного за другим на том основании, что-де недостаточно хороши. Братья Карамазовы, Гамлет и Павлик Морозов, все они, если верить психоанализу, – типичные жертвы эдипова комплекса.

Зато, вопреки распространённому мнению, до прямого инцеста или явных инцестуальных побуждений эдипов комплекс доходит чрезвычайно редко. Вспомним несчастного Эдипа: он ведь не просто убил отца и женился на матери.

Эдипов комплекс. Основные понятия психоанализа.

Он сделал это, не зная, что они приходятся ему родителями. Так и носители эдипова комплекса не осознают сексуальной природы своих отношений с родителями, разве что во сне привидится…

Иногда банан – это просто банан
По количеству вызываемых споров и накалу чувств оппонентов психоанализа можно сравнить разве что с марксизмом. Сторонники фрейдизма видят проявления подавленных сексуальных комплексов в любом поступке вплоть до выбора блюд в ресторанном меню, а противники объявляют шарлатанством любой текст, где фигурирует слово «подсознательное». Пикантность ситуации усугубляется тем, что психоанализ как о само собой разумеющемся говорит о вещах, в «приличном обществе» совершенно немыслимых. Шутка ли – признать существование сексуальных страстей у несмышлёных детей или «обвинить» какого-нибудь уважаемого человека в тайных помыслах об отцеубийстве!

Самый серьёзный аргумент критиков психоанализа состоит в том, что и постулаты, и выводы своей теории Фрейд взял «с потолка», эмпирически они недоказуемы, а вместо доказательств используются «показательства» – примеры, иллюстрирующие тот или иной тезис. Причём объяснить многие явления с тем же успехом можно в какой-нибудь другой системе координат и без всякого фрейдизма.

Например, для этолога (специалиста, изучающего поведение животных) агрессия мужчины по отношению к отцу – очевидное проявление ранговых разборок между самцами в стае, их конкуренции за доминирующее положение, а распространённая среди девушек тяга к старшим по возрасту мужчинам – не более чем стремление к выбору в качестве партнёра альфа-самца. Сексуальное влечение к матери можно считать атавизмом, унаследованным от наших предков, поскольку животным неведомы табу на инцест, и так далее.

С точки зрения психолога-нефрейдиста (равно как и с точки зрения житейского здравого смысла) чрезмерный родительский педагогический раж по существу – насилие над личностью ребёнка. Он приводит либо к бунту, либо, наоборот, к инфантилизму и прямой психологической зависимости от родителей. И для объяснения этих случаев совсем не нужны такие сомнительные категории, как комплекс кастрации или зависть к пенису.

А в современном мире, где неполная семья стала уже скорее нормой, чем исключением, любовь-ненависть ребёнка по отношению к любому из родителей куда проще и естественнее следует из травмы, возникшей из-за развода родителей, чем из какого-то метафизического эдипова комплекса. «Люблю маму, потому что она тянет меня одна», «ненавижу маму, потому что она сделала что-то, из-за чего отец нас бросил», «ненавижу отца за то, что он нас бросил», «люблю отца, потому что мне его не хватает» – как всё это знакомо…

Как вы яхту назовёте, так она и поплывёт
В общем, всерьёз рассуждать об эдиповом комплексе можно только оставаясь в рамках фрейдизма. Там он стройно и логично вписывается в общую картину мира. А за пределами психоанализа эдипов комплекс имеет примерно такой же смысл, как вера в переселение душ за пределами индуизма и буддизма.

Зато, несомненно, это удобный образ для описания действительно широко распространённых проблем в отношениях отцов и детей и для разговоров о влиянии родителей на развитие ребёнка и формирование его сексуальности.

Если вера в эдипов комплекс позволяет спокойно отнестись к заявлению пятилетнего карапуза, что он хочет жениться на маме, а не хвататься за голову и не бежать «лечить» ребёнка от «психических отклонений»; если эта вера помогает не сходить с ума от чувства вины, увидев эротический сон с собственным родителем в главной роли – какая разница, открыл его старик Фрейд, как Колумб Америку, или сочинил, как Софокл – трагедию о царе Эдипе?…

журнал «Будь здорова»

просмотров 2444

ЭДИПОВ КОМПЛЕКС

Алекс Холдер

ТРАДИЦИОННАЯ ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКАЯ ПОЗИЦИЯ

Фрейд ввел в обращение основное психоаналитическое понятие эдипова комплекса в 1910 году, хотя его переписка с Вильгельмом Флиссом (см. статью М. Гро-тьяна “Переписка Фрейда”) свидетельствует о том, что благодаря проведенному самоанализу он убедился в его существовании уже в конце прошлого столетия. Фрейд решил использовать этот термин, считая, что в греческом мифе о царе Эдипе, который, не осознавая того, женился на своей матери после убийства отца, отображен фундаментальный психический конфликт человека (см. также статью Г. Штольце).

Для Фрейда и представителей классического психоанализа эдипов комплекс стал краеугольным камнем их теорий, а также их понимания невротических конфликтов и психопатологического развития. Он понимался — и все еще понимается — как универсальный феномен, с которым приходится так или иначе сталкиваться человеческому индивиду. Эдипов комплекс имеет одинаково большое значение для обоих полов, при этом, разумеется, необходимо учитывать вполне очевидную специфическую половую дифференциацию.

В своей полностью сформировавшейся форме (так называемый полный эдипов комплекс) он представляет собой ориентированную на объект тригональную констелляцию, которая выкристаллизовывается уже в раннем детском возрасте (между вторым и пятым годом жизни). В этой фазе ребенок испытывает генитально акцентуированные сексуальные желания по отношению к одному из родителей и одновременно чувство соперничества, а иногда также желание смерти другому родителю. В рамках полного эдипова комплекса в классическом психоанализе проводится различие между его позитивной и негативной формами, причем предполагается, что в процессе своего развития как девочки, так и мальчики переходят от одной формы к другой и обратно.

В своей позитивной форме комплекс являет собой не что иное, как сексуальное влечение по отношению к родителю противоположного пола и желание смерти родителю того же пола. В работе “Я и Оно” (1923) Фрейд высказывается по этому поводу следующим образом:

“Я полагаю, что мы не ошибемся, если допустим существование полного эдипова комплекса вообще у всех людей, а у невротиков в особенности. Аналитический опыт обнаруживает затем, что в некоторых случаях та или другая составная часть этого комплекса исчезает, не оставляя заметных следов; в результате получается ряд, на одном конце которого находится позитивный, на другом конце — обратный, негативный эдипов комплекс, средние же звенья отображают полную форму комплекса с неодинаковым участием обоих компонентов” (XIII, 262).

Фрейд предположил, что структура эдипова комплекса создается как филогенетическими, так и онтогенетическими детерминантами, причем первые отвечают за его универсальное проявление. Для объяснения исторических предпосылок этого рода он отнес истоки эдипова комплекса в те доисторические времена, когда человечество было организовано в кочевые племена. Во главе племени стоял могущественный и жестокий вождь, или “отец”, который однажды был убит и съеден его сыновьями (см.: “Тотем и табу”, 1912—1913). Эта гипотеза указывает одновременно на биологический аспект эдипова комплекса и его универсальное свойство. С другой стороны, его своеобразная форма зависит в значительной степени от опыта малолетнего ребенка. Это означает, что на ней лежит отпечаток влияния семьи, например отпечаток отношения родителей к проявлению детских потребностей и влечений, а также установленной родителями меры удовлетворения или сдерживания потребностей. Важное значение имеют также наблюдаемые ребенком отношения между его родителями и роль, которую малыш — осознанно или неосознанно — играет для родителей. На специфическое формирование эдипова комплекса может влиять также наличие братьев и сестер, равно как и других членов семьи.

Клинические наблюдения позволяют считать достоверным то, что эдипов комплекс возникает и у детей, которые живут с одним из родителей или находятся в специальных учреждениях. Это придает еще больший вес гипотезе о конституциональных детерминантах. Последние представляют собой то, что побуждает детей в соответствии с достигнутой ими стадией развития утверждать себя в представлении или в реальных объектах с тем, чтобы дополнять неполную или вообще отсутствующую эдипову констелляцию.

Предполагается, что неудовлетворительное или неполное преодоление возникающих в связи с эдиповым комплексом конфликтов может породить у детей и взрослых невротические тенденции. И наоборот, здоровому и относительно нормальному индивиду удается надлежащим образом преодолевать эти трудности.

Классический полный эдипов комплекс (который включает в себя позитивную и негативную формы) может быть понят как дальнейшее развитие фрейдовской гипотезы о врожденной бисексуальности человека. Согласно этой гипотезе, независимо от физических данностей в каждом индивиде существуют как женские, так и мужские тенденции, которые проявляются в форме сексуальных желаний и фантазий, равно как и в его поведении. В период развития ребенка можно наблюдать значительное согласование мужских, активных способов поведения, с одной стороны, и женских, пассивных — с другой’. По этой причине Рут Мак-Брунсвик (Mac Brunswick 1940) первой предложила проводить различие не между позитивной и негативной формами эдипова комплекса, а между активной и пассивной. По ее мнению, понятия “активный” и “пассивный” описывают различия между полами точнее и полнее, чем характеристики, даваемые Фрейдом. Впрочем, следует констатировать, что фрейдовской терминологией (позитивная и негативная формы) охватываются совершенно иные аспекты эдиповой констелляции, нежели терминологией Мак-Брунсвик. Ведь эта пара терминов относится прежде всего к объекту эдиповых сексуальных влечений ребенка, в то время как Мак-Брунсвик выделяет позицию самого ребенка в рамках различных эдиповых констелляций. Из сказанного следует, что одна пара терминов никоим образом не заменяет другую. К примеру, позитивный эдипов комплекс мальчика выражает активное мужское желание овладеть матерью, проникнуть в нее. В то же время позитивный комплекс девочки определяется пассивными женскими желаниями, прежде всего желанием иметь ребенка от отца. То же самое относится и к негативной форме комплекса, причем мальчик берет на себя пассивную роль по отношению к отцу, а девочка — активную роль по отношению к матери.

Гипотеза о врожденной бисексуальности усложняет общую проблему и увеличивает количество возможные эдиповых констелляций. Решающими при этом являются возникающие на фаллическо-эдиповой фазе специфические желания и фантазии индивида. Так, девочка, которая находится в так называемой негативной эдиповой фазе, может занимать по отношению к своей матери не только активную, но и пассивную позицию, сопровождающуюся желаниями проникновения (пенетрации), ориентированными на “фаллическую” мать. Из этого следует, что теоретически можно выделить четыре основных констелляции для каждого пола, как это показано в приведенной ниже таблице. Обе обычно доминирующие позиции для каждого пола приводятся в таблице прописными буквами. Необходимо помнить, что к каждой из указанных здесь позиций относится и соответствующее неприязненное отношение к другому родителю, которое проявляется как активное желание избавиться от соперника.

Объект детских сексуальных желании

позитивно

негативно

мальчик

активно

МАТЬ

отец

пассивно

мать

ОТЕЦ

девочка

активно

отец

МАТЬ

пассивно

ОТЕЦ

мать

В 1923 году, в начале третьего этапа развития своей психоаналитической концепции, Фрейд выдвинул гипотезу о том, что половое развитие мальчиков и девочек до образования эдипова комплекса протекает в основном одинаково. Его описание, которое до конца второго этапа было практически целиком ориентировано на мужской пол, стало, таким образом, относиться и к девочкам; для этого понадобилось просто заменить отца на мать, чтобы получить так называемую “простую” позитивную форму комплекса. Затем две новые идеи привели Фрейда к гипотезе, что как само развитие, так и характеристики и свойства комплекса у обоих полов необходимо строго дифференцировать. Во-первых, Фрейд понял, что развитие либидо у обоих полов проходит фаллическую фазу, в которой мужской орган имеет центральное значение и для мальчика, и для девочки. Во-вторых, Фрейд осознал важность дофаллической фазы, в которой мальчики и девочки равным образом должны преодолевать различные конфликты. Девочке надлежит отмежеваться от матери для того, чтобы достичь позитивной эдиповой позиции, которая обычно доминирует у обоих полов. С точки зрения развития девочка должна осуществить смену первичного объекта любви (переход от матери к отцу), в то время как мальчику необходимо изменить лишь качество отношений к первичному объекту любви (матери). Понимание этого стало причиной того, что Фрейд отказался от аналогий относительно эдипова развития обоих полов и вместо этого сделал основной акцент на главных различиях в генезе, на отдельных стадиях развития и на конечном результате.

В соответствии с этим мальчик вступает в эдипову фазу, если обеспечено объединение парциальных влечений под приматом гениталий, сопровождающееся усилением сексуальных желаний по отношению к матери при одновременном проявлении враждебных импульсов по отношению к отцу, который воспринимается теперь рке как соперник, поскольку стоит на пути осуществления желаний. Этот комплекс соответствует простому позитивному комплексу у мальчиков. Сокровенные мечты и фантазии, в которых избавляются от отца, чтобы занять его место рядом с матерью, приводят к появлению беспокойства и конфликтам, порождаемым боязнью возмездия со стороны отца. Вместе с рке упоминавшейся бисексуальной диспозицией это может привести к смещению в негативную эдипову позицию, в которой мальчик — при одновременной идентификации с матерью — ведет себя как девочка, развивая тем самым по отношению к отцу женскую установку и относясь к матери с ревностью и враждебностью (см. также статью Ж.-М. Алби и Ф. Паше). По мнению Фрейда, над обеими позициями довлеет боязнь мальчика потерять свой пенис, в который он влюблен подобно Нарциссу. В позитивной позиции причина выраженного страха кастрации кроется в боязни возмездия. В негативной позиции кастрация может представляться необходимой предпосылкой того, чтобы иметь возможность восприниматься отцом в качестве объекта любви (в соответствии с идентификацией с женщиной). Однако этот страх кастрации является у мальчика и самым важным динамическим фактором преодоления эдипова комплекса. К числу других факторов относятся неисполненные эдиповы желания и вытекающие отсюда фрустрации. В свете этих новых идей относительно полного преодоления эдипова комплекса Фрейд придерживался той точки зрения, что этот процесс представляет собой нечто большее, чем просто вытеснение: “Процесс, если он протекает идеально, равнозначен разрушению, уничтожению комплекса” (XIII, 399).

Половое развитие девочки, включая возникновение и преодоление эдипова комплекса, протекает, согласно теории Фрейда, намного сложнее, чем у мальчиков (см. статью Н. Шайнесс). Чтобы достичь наивысшей ступени гетеросексуальных объектных отношений, девочка должна сменить не только первичный сексуальный объект (обратить свой взор с матери на отца или с женщины на мужчину), но и первоначально доминировавшую генитальную зону (зону клитора, как эквивалент пениса, на зону вагины). В противоположность этому фаллос остается для мальчика первичным половым органом, а женщина — первичным сексуальным объектом. У девочки к этому добавляется также то, что при вступлении в фаллическую стадию развития либидо она должна избавиться от нарциссических обид и унижений из-за отсутствия пениса. Этому комплексу кастрации соответствует у мальчика страх кастрации, то есть боязнь лишиться пениса из-за своих эдиповых желаний и стремлений. Именно здесь обнаруживается основное различие между мальчиком и девочкой. Если у мальчика страх кастрации представляет собой важнейшую динамическую силу, позволяющую преодолеть эдипов комплекс, то у девочки последний становится возможным и он начинает формироваться как раз благодаря комплексу кастрации. Другими словами: первоначальный отказ маленькой девочки примириться с отсутствием у нее пениса приводит ее к тому, чтобы занять активную мужскую позицию (в литературе подобных девочек описывают как “маленьких сорванцов” 2). В начальной фазе становления эдипова комплекса мать обычно еще является главным объектом сексуальных импульсов маленькой девочки, которая таким образом находится в негативной позиции комплекса.

Фрейд описывает это в своей работе “О женской сексуальности” (1931):

“Можно принять во внимание и новый опыт, утверждая, что женщина попадет в нормальную позитивную эдипову ситуацию только после того, как преодолеет предшествующий период, когда господствовал негативный комплекс. И в самом деле, в этой фазе отец является для девочки не многим больше, чем докучливым соперником, хотя неприязнь к нему никогда не достигает уровня, характерного для мальчика” (XIV, 518—519).

Следует, однако, указать на то, что намного труднее распознать и описать последствия негативной формы эдипова комплекса. Это касается как девочек, так и мальчиков, поскольку у обоих полов позитивные формы выражены гораздо четче и они не только находят свое прямое выражение, но и проявляются во множестве вторичных симптомов.

Причиной еще одного динамически важного различия между полами является существование различных доэдиповых объектных отношений с тем из родителей, которого в позитивной позиции с ревностью и ненавистью преследуют как соперника. При вступлении в фаллическо-эдипову фазу мальчик обычно испытывает перед отцом восхищение, уважает его, идеализирует и с ним идентифицируется. И наоборот, уже в доэдиповой фазе девочка испытывает по отношению к матери весьма противоречивые чувства. Они проистекают из знания материнских слабостей в воспитании, запретов и фрустраций, навязываемых матерью маленькому ребенку. То есть позитивный эдипов комплекс формируется у девочки на основе уже существующих враждебных импульсов по отношению к матери и их усиливает.

Эта враждебность может найти свое выражение, например, в убеждении, что именно мать ответственна за отсутствие у девочки пениса.

Предпосылкой перемещения с негативной эдиповой позиции на позитивную является способность маленькой девочки заменить желание иметь пенис (или настойчивое убеждение в том, что таковой у нее есть) на желание завести ребенка. Фрейд характеризует это следующим образом:

“Теперь же либидо девочки переходит — можно сказать, в соответствии с предначертанным символическим равенством: пенис — ребенок — в новую позицию. Она отказывается от желания иметь пенис ради того, чтобы поставить на его место желание завести ребенка, и с этой целью делает отца объектом своей любви. Мать становится объектом ревности, девочка превратилась в маленькую женщину” (XIV, 27-28).

Тем самым маленькая девочка достигает позитивной эдиповой позиции, от которой она вновь может оказаться из-за несбывшихся представлений-желаний и фрустраций с тем, чтобы обратиться к другой.

Предполагается, что у мальчика эдипов комплекс исчезает довольно резко. У девочки, напротив, это происходит менее драматическим и менее радикальным образом. Для девочки типичным является постепенное освобождение от комплекса или медленное его вытеснение. Это означает, что во взрослом возрасте его следы сохраняются у девочки дольше, чем у мальчика. Большое значение для психоаналитической теории, для понимания и терапии клинических феноменов на основе этой теории имеет тип преодоления эдипова комплекса. С классической точки зрения, например, Сверх-Я — один из трех психических компонентов, участвующих в формировании личности, который Фрейд описал в 1923 году в работе “Я и Оно”, — определяется как “наследие эдипова комплекса” (см. соответствующую статью Д. Айке). Одна из его важнейших функций заключается в том, чтобы контролировать, цензуровать или сублимировать сексуальные и агрессивные импульсы, являвшиеся неотъемлемой составной частью эдиповой фазы.

Классический психоанализ исходит из предположения, что эдипов комплекс устраняется или преодолевается благодаря не только эмпирическим факторам (таким, как, например, страх кастрации, подавление желаний, нарциссические обиды и т.п.), но и биологическим факторам созревания. Последние передаются по наследству и регулируют протекающее по фазам развитие влечений, которое классическим психоанализом описывается как оральная, анальная, фаллическая, фалли-ческо-эдипова фаза, латентный период, пубертат, подростковый и зрелый возраст с его зрелой генитальной организацией.

Описанные выше четыре комбинации, возможные в рамках полного эдипова комплекса, открывают в период разрушения эдипова комплекса множество идентификационных возможностей. Они, однако, ограничиваются тем, что относительная сила мужских и женских сексуальных диспозиций (бисексуальность) в значительной мере определяет каждому индивиду, какая из идентификаций — с отцом или с матерью — будет доминировать и по этой причине окажет существенное влияние на формирование характера. В связи с этим Фрейд в работе “Я и Оно” пишет:

“При разрушении эдипова комплекса четыре содержащихся в нем стремления сложатся таким образом, что из них получится одна идентификация с отцом и одна с матерью. Идентификация с отцом удержит объект-мать позитивного комплекса и одновременно заменит объект-отца обратного комплекса; нечто подобное имеет место при идентификации с матерью. В различной силе выражения обеих идентификаций отразится неравенство обоих половых задатков” (XIII, 262).

ПОЗИЦИЯ М. КЛЯЙН

Представители классического психоанализа усматривают наличие важной связи между достижением фаллической фазы в развитии либидо и возможным возникновением действительной эдиповой констелляции. Хотя М. Кляйн также в принципе не отвергает эту фаллическую констелляцию эдипова комплекса, она все же исходит из других предпосылок. В своей теории она опирается на гипотезу о “ранней фазе эдипова комплекса”, которая распознается как раз в тот самый момент, когда маленький ребенок становится способен постигать родителей как “целостные объекты”. Это раннее образование эдипова комплекса коррелирует с переходом из паранойяльно-шизоидной позиции в депрессивную позицию, которую Кляйн наблюдала примерно на четвертом месяце жизни ребенка. Согласно ее теории, эдипов комплекс имеет оральные корни; кроме того, каждая из фаз развития влечения, следующая за оральной фазой, накладывает на него свой характерный отпечаток.

Гипотеза Кляйн о существовании эдипова комплекса уже на первом году жизни ребенка подкрепляется наблюдениями, согласно которым либидиноз-ные и деструктивные импульсы, желания и фантазии маленького ребенка (равно как и произрастающие из этого страхи) зачастую обладают интенсивностью, превосходящей интенсивность фаллическо-эдиповой фазы. Благодаря восприятию каждого из родителей как “целостного объекта” к тому же имеет место “треугольная констелляция”, которая безусловно необходима для эдипова комплекса.

Согласно теории М. Кляйн, самый ранний момент появления эдипова комплекса в оральной фазе совпадает с тем временным пунктом, в котором проекции всемогущества у маленького ребенка достигают своей наивысшей точки; то есть впервые он появляется в фазе развития, в которой ребенок полагает, что может навязать родителям свою волю. Одновременно имеющиеся чувства ревности и зависти, страх изоляции и одиночества придают этим проекциям акцент враждебности и агрессивности.

М. Кляйн считает, что на развивающуюся в каждом маленьком ребенке эдипову констелляцию решающее влияние могут оказывать ранние отношения с матерью. Например, на нее накладывает свой отпечаток идеализация матери при одновременном уничижении отца (или наоборот). С другой стороны, аналогичная конфигурация может возникнуть также в силу того, что маленький ребенок распределяет любовь и ненависть не на два отдельно взятых объекта (на мать и отца), а вначале, благодаря “защитному расщеплению”, дифференцирует свое отношение к матери (выдумывая, например, “добрую” и “злую” грудь) и только затем направляет на отца один из двух импульсов.

Благодаря такому подходу, основанному на гипотезе об образовании эдиповой констелляции уже на первом году жизни, всякое психопатологическое развитие (кроме того, которое сводится исключительно к паранойяльно-шизоидной позиции) можно рассматривать как эдипово. С этой точки зрения каждое из них представляет собой сопровождающееся конфликтами столкновение детей с родителями. Направленные на родителей деструктивные желания-представления и фантазии маленького ребенка вызывают выраженную депрессию и страхи, которые в свою очередь приводят в действие целый ряд защитных механизмов с целью их нейтрализации и подавления. Важнейшими из этих механизмов являются разделение, или расщепление, маниакальные защитные механизмы и идеализация родительской сексуальности.

Предполагается, что в депрессивной позиции и после нее происходит постепенное снижение интенсивности проективных механизмов, сопровождающееся все более сообразным реальности взглядом ребенка на родительскую сексуальность и генитальность. Это развитие является предпосылкой возникновения более реалистичных форм интернализации родительских заповедей и запретов, поскольку таким образом появляется возможность идентифицироваться с сексуальными функциями родителей. Именно в этой точке развития становится очевидной и может быть описана та генитально акцентуированная эдипова констелляция, которая в классической психоаналитической теории считается единственной. Равным образом с классическим воззрением согласуется и предположение о том, что эдипов комплекс может быть по-настоящему разрешен или преодолен только по достижении фаллической фазы развития влечения (разумеется, классический психоанализ не может избрать никакую более раннюю точку времени уже потому, что в его теории эдипов комплекс выполняет функцию фаллической фазы или фазы примата области гениталий). В отличие от классической теории, М. Кляйн исходит из того, что страх кастрации и зависть к пенису следует рассматривать как совершенно равноценные для развития обоих полов. По этой причине наблюдающиеся особенности развития, обусловленные существованием физических различий и вытекающих отсюда психических различий между мальчиками и девочками, в теории М. Кляйн отодвигаются на второй план. К примеру, для нее зависть маленького мальчика к отцу из-за его большого пениса или к матери из-за ее груди и способности рожать детей с динамической точки зрения равноценна зависти маленькой девочки, переживающей отсутствие у нее пениса. Также и страху кастрации, переживаемому маленькой девочкой, приписывается важная в динамическом отношении функция. В классической же психоаналитической теории динамическая сила комплекса кастрации девочки отвергается (XIII, 400—401). В ней отстаивается точка зрения, что представление о потере тем или иным образом органа в динамической перспективе влечет за собой меньше последствий, чем страх потерять орган, который следует приписать собственным агрессивным импульсам и действиям (формирование Сверх-Я, разрушение инфантильной гениталь-ной организации).

ПРИМЕЧАНИЯ

В основе этого выражения лежит предполопоняжение о том, что мужественность должна быть активной, а женственность пассивной. Также и здесь снова отождествляются тия “мужской” и “активный”.

ЛИТЕРАТУРА

Dalmau, С. J.: Post-Oedipal Psychodynamics. Psa. Review, 44,1957

Eisenberg, S.: Time and the Oedipus. Psa. Quarterly, 25, 1956

Freud, S.: Drei Abhandlungen zur Sexualtheorie (1905). G.IV

Totem und Tabu (1912-1913). G. W. IX

Das Ich und das Es (1923). G. W. XIII

Die infantile Genitalorganisation (1923). G. W. XIII

(1924). G. W XIII

Einige psychische Folgen des anatomischen Geschlechtsunterschieds (1925). G. W. XIV

(1931). G. W. XTV Jappe, G., Borgh, Ch. (изд.): Die Beziehung zwischen Arzt und Patient. list 1975, 202— 214

Keiser, S.: A Manifest Oedipus Complex in an Adolescent Girl. Psa. St. С, 8,1953

Klein, M.: Some Theoretical Conclusions regarding the Emotional Life of the Infant (1952). B: Developments in Psycho-Analysis (изд. J. Riviere). London: Hogarth 1952

Lampl-de Groot, J.: Re-Evaluation of the Role of the Oedipus Complex. Int. J.

Характеристика Эдипова комплекса

Psa, 33,1952

Mac Brunswick, R.: The Preoedipal Phase of the Libido Development. Psa. Read., 1940,232

Meiss, M. L.: The Oedipal Problem of a Fatherless Boy. Psa. St. C, 1952

Reich W.: Die charakterologische Int. Z. Psa., 17,1931

Schmidbauer, W: Myth1970

Sterken, D. v. d.: 2121. 1974

Вам также может понравиться

About the Author: admin

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *